Заключение

Время неумолимо движет нашу жизнь, и одна эпоха в истории целой страны и даже всего мира сменяется другой эпохой, в которой свои герои, своя идеология, свои радости и беды людские. Сегодня, на пороге своего десятого десятка лет жизни, хорошо вижу, что моя сознательная, активная жизнь проходила именно в течение одной исторической эпохи. Родился я в 1925 году, как раз ко времени сворачивания НЭПа, учился в школе во время первых пятилеток социализма, в сороковые годы защищал страну на фронтах Великой Отечественной войны, а в 1992 году ушел на пенсию как раз тогда, когда с социализмом в России было решено расстаться. И Советский Союз распался в декабре 1991 года.
Замечу, что это политическое решение, по правде говоря, созрело не в массе простого народа, а именно в верхних эшелонах власти. Возможно, даже в среде политиков и управленцев второго эшелона, которые захотели свою власть укрепить и овеществить. И в результате такого решения Союз нерушимый республик свободных (СССР) распался на отдельные независимые самостоятельные государства. А ведь он был создан в 1922 году, почти одновременно с моим появлением на свет.
И вот представьте себе, что я всю свою сознательную жизнь трудился на него, на СССР, с оружием в руках защищал его, моё отечество от внешних врагов-капиталистов. Забавней ещё и то, что я даже в не вполне сознательном «очаговом» возрасте распевал веселые патриотические песенки о мировом пожаре. Что сделано, то сделано.
В рассказанных эпизодах из моей активной жизни я хотел подчеркнуть, как мы, поколение той эпохи, росли физически и нравственно. Пусть обвинят меня в нескромности, но мы добились определенных успехов. Если в первые годы моей жизни у нас даже в крупных городах преобладал гужевой транспорт, то сегодня от легковых машин рябит в глазах. О телевизоре и телевидении мы мечтали, а теперь у школьников карманные телефоны нашпигованы такими устройствами, которых мы в детстве даже представить себе не могли. Например, я сам в своем дневнике делал первые записи перьевой ручкой, обмакивая перо в чернильницу-непроливайку. Автоматические перьевые ручки были, но стоили дорого. И вот, последние записи и страницы этой книги я просматривал на экране портативного компьютера. Технический прогресс, конечно, существенно изменил наш быт и расширил возможности нашего творчества.
Страна добилась успехов: мы освоили космос, приручили могучий атом. Главное, в чем никто не посмеет усомниться, мы одержали решающую победу над смертельным врагом всего человечества, над фашизмом!
В качестве краткого заключения хочу подчеркнуть, что на примере тех, можно сказать, ужасных событий, участниками которых могла быть не только наша семья, я хотел показать, как нормальный человек даже в самых трудных жизненных условиях остается честным и душевно чистым.
Замечу, что, уже пережив много жизненных коллизий, придя в свое время, в наш действительно первый Российский Храм науки – Ленинградский государственный университет, окунувшись в биологическую науку, я понял, что интересующий меня объект – человек – в научном смысле, как любое живое существо на земле, находится в своей повседневной жизни под воздействием основных врожденных инстинктов: самосохранения, пищевого и полового. Потеряй живое существо эти инстинкты, и его жизнь на земле прекратится.
В своей жизни я имел возможность наблюдать за большим количеством разнообразных животных. Но для меня более важным и интересным в общении был человек, который в связи со сменой политико-экономических условий в стране после 1991 года стал заметно меняться. И не столько сам, сколько по отношению к своим основным врожденным инстинктам. В связи с такими моими наблюдениями я даже в своем внутреннем пользовании изменил терминологию. Теперь эти три инстинкта я называю по-другому.
Первый в моем понимании остался как страх смерти. Второй в применении к обычной жизни людей, социальной и экономической, я назвал «жадностью», а третий вообще «глупостью». Для обоснования моих нововведений приведу несколько кратких примеров. Если раньше для наблюдения за проявлением инстинктов достаточно было вывести погулять свою собачку, то теперь, в новый век бурного развития техники и обретения неограниченной свободы, об инстинкте «глупости», половом, нам регулярно и красочно напоминают по телевизору - от рекламы лекарственных препаратов до обсуждения скандальных историй, связанных с именами любимых артистов. Ну, не глупость ли это?
Второй инстинкт, жадность, основным измерением которого у людей всегда были деньги, выражается в стремлении увеличить количество денег. Вот и в этом случае помогает телевизор, показывая, как в эпоху свободы гражданин от простого торговца игрушками может подняться до уровня миллиардера. Научился зарабатывать деньги, накопил определенную сумму и будь здоров! Теперь можешь покупать продукты и товары изо всех стран мира или путешествовать в эти страны. Если же ты ещё не скопил денег, не умеешь это делать, то экономь, подтяни живот. Такова философия потребления в условиях капитализма.
Самый сильный изначальный инстинкт – страх смерти – также находит свое популярное отражение в телепередачах, обнадеживающий и «научно обоснованный» рецепт обладания вечной жизнью. Я имею в виду клонирование живых организмов, о котором сегодня не толкует лишь совершенно равнодушный телезритель.
При этом, мы знаем, что смерть любого биологического объекта неотвратима. Все заключается в том, сколько времени отведено ему природой и окружающей его обстановкой. Люди знают, сколько живут собаки, крыски… У каждого свой срок.
В отношении людей есть различные оценки, я в свой книге не пытался оспаривать чье-либо мнение. Я в рассказах привожу чистые факты из своей жизни. Соответствуют они чьему-либо мнению или его оспаривают, так видел это я.
Каждый сам должен решать и разобраться лично, если он этого пожелает. В этом случае я советую вспомнить Гомера, который ещё в XII веке до нашей эры учил: «Один есть путь – путь истины, все остальные – не пути!»
Петергоф, 2014.
УДК 94(470) + 929.5


Цыпленков В.П.
Эпоха.
Автобиографическая хроника.

– СПб, 2014. – 272 с.

В автобиографической хронике профессор Санкт-Петербургского университета рассказывает о происхождении свой семьи и фактах собственной жизни в городе Ленинграде до войны, во время блокады, на фронте, в послевоенный период. Период активной жизни ученого совпал по времени с эпохой социализма в России.
Книга представляет интерес для историков, социологов, биологов, этнографов.

В сети Интернет –
http://www.pzarch.h1.ru/epoch/

А professor of St. Petersburg University in the autobiographical chronicle talks about the origin of his family and the facts of his own life in Leningrad before the war, during the siege at the front, in the postwar period. The period of active life of a scientist coincided with the era of socialism in Russia.
The book is of interest to historians, sociologists, biologists, anthropologists.


Front cover

Оглавление


  1. От автора. Вместо предисловия
  2. Пророчество Иоанна Кронштадтского
  3. Наука и церковь
  4. Имена на обломках самовластья
  5. Смерть и жизнь
  6. О вере в Бога и Буку
  7. Саша Дорковская
  8. Охотники за привидениями
  9. Дом на Смольном
  10. Три источника знаний ребенка
  11. «Дворовые» дети
  12. Соучастник или свидетель?
  13. Школа
  14. Воспитатели отца
  15. Ловите миг удачи
  16. Художник Цыпленков и Смерть
  17. Военные потери мирного времени
  18. Весна 41-го
  19. Предчувствие беды
  20. Блокадная школа
  21. Коварство голода
  22. Ложь и плоть
  23. Спасение на переднем крае фронта
  24. Земная жизнь воздушной армии
  25. Операция «Багратион»
  26. Последний бой последней мировой войны
  27. Плюсы и минусы гражданской жизни
  28. Двенадцать коллегий
  29. Отцовство
  30. Встречи и расставания
  31. Лес на Ворскле
  32. Марки с Докучаевым и внучка Менделеева
  33. Моя семья и другие животные
  34. Генеалогическое древо
  35. Заключение


Комментариев нет :

Отправить комментарий